«Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20)
Доклад Капустина А.М. на молодежной конференции в МАРХИ
21.02.19

XV направление «Традиции православного храмостроительства».


XXVII Международные Рождественские Образовательные Чтения
«Молодежь: свобода и ответственность»

XV направление «Традиции православного храмостроительства»

Молодежная межвузовская конференция
«Архитектура и живопись храма»

МАРХИ, 19 февраля 2019 года

Сопредседатели конференции: Председатель Финансово-хозяйственного управления Русской Православной Церкви, Председатель Правления Фонда «Поддержки строительства храмов г. Москвы» митрополит Рязанский и Михайловский Марк и ректор МАРХИ, доктор искусствоведения, академик РАХ и РААСН Дмитрий Олегович Швидковский.

Доклад Капустина А.М.

Русское церковное зодчество начала XХ века
как основа для творчества современных архитекторов

Практически вековое отсутствие церковного зодчества на территории России и резкое появление необходимости строительства большого количества православных храмов в последние несколько десятилетий поднимают актуальную проблему поиска современного образа православного храма.

Для решения столь нестандартной проблемы видится логичным обращение и глубокое изучение исторически сложившейся традиции храмоздательства в России. В частности, отдельного внимания заслуживает предреволюционный период – начало ХХ века.

Этот период необходимо подвергнуть не только изучению, которому подвергались все предшествующие периоды – изучению формообразования стилей, истории их формирования, предпосылок, государственного заказа и т.д., и которые, нужно сказать, подвергались более трезвому и тщательному анализу, нежели предреволюционный период, ввиду политизированного отношения в советской историко-архитектурной науки к данному времени, описываемому лишь как «реакция искусства архитектуры на поздний период капитализма в стадии империализма, чем и вызвана деградация отечественной архитектуры того времени». Предвзятым и политизированным отношением вызвана некорректность оценки архитектуры рассматриваемого времени, к сожалению, эта оценка на сегодняшний день перешла в современное информационное пространство, когда, казалось бы, все причины необъективного подхода сняты.

Также к этому периоду необходимо отнестись с особым вниманием, с позиции того, что в то время проектировали зодчие, являющиеся последними представителями непрерывной тысячелетней традиции храмового зодчества в России, а, следовательно, именно то время запечатлело самую позднюю и, можно сказать, самую современную стадию развития непрерывной русской православной традиции в искусстве архитектуры.

Принадлежит ли современный архитектор к лагерю консерваторов или новаторов в вопросе формирования стиля современного храма?.. Для гарантии сопряжения своего творчества с глубокой и многогранной духовной традицией России, современный зодчий должен чувствовать и знать время, являющее собой рубеж «прошлого» и «настоящего» православия в нашей стране.

Сопряжение, возврат к этой точке – необходим для избежания субъективного подхода к созиданию храма Божия, где полный субъективизм противоречит самому духу русской христианской веры, когда необходима соборность ушедших и новых поколений в созидании архитектуры будущего.

Объединение своего хода мыслей с воззрениями архитекторов, принадлежащих к традиционной архитектурной культуре России, проникнутой Богом и гуманностью, скорее, больше чем наша, подарит современному зодчеству возможность стать богодухновенным. Этот принцип, первую очередь, лежит в выдвижении на первое место не своей воли, но воли Бога, ссылаясь на Евангелие: «Ибо Я говорил не от Себя, но пославший Меня Отец» Ин.5:45. Этот принцип богодухновенности в творчестве описывал русский священник Соколов. В данном случае этот принцип заключается в трансляции зодчим не своего субъективного взгляда на архитектуру, а взгляда, выработанного веками непрерывного богодухновенного творчества русского православия.

Принцип необходимости традиционной преемственности в православной культуре описывает Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в книге «Слово о традиции и современном обществе»: «Церковь – это консервативное начало, Церковь призвана сохранять традицию». В данном контексте примечательны слова Патриарха Московского и всея Руси Алексия II: «Господь сподобил нас жить в эпоху обретения исторической памяти, сознания великой ценности духовных и культурных традиций, которые достались нам в наследство от предков и которые надо научить бережно хранить. Тогда и благолепие наших городов будет неуклонно преумножаться», — из предисловия к переизданию альбома фотографий Найденова.

Святитель Игнатий Брянчанинов в статье «Христианский Пастырь и христианский художник» давал следующие наставления художнику: «Человек, прежде казавшийся самому себе самостоятельным существом, познает, что он создание, что он существо вполне страдательное, что он сосуд, храм для другого Истинного Существа».

Для выработки полноценного, многомерного современного архитектурного языка, обращение к предреволюционной культуре, когда синтез академических умений и духовных традиций давали непревзойдённые результаты, необходимо. Мы много потеряли за эти 70 лет, чтобы предпринимать попытки формирования абсолютно нового языка в архитектуре, как писал великий русский философ Иван Ильин в книге «Путь к очевидности»: «Одно из самых тяжелых и опасных наследий революций в России состоит в утрате истинного академического уровня».

Таким образом, обращение к прошлому, в нашем случае, к предреволюционному этапу русской архитектуры, позволит архитектору создавать архитектуру, транслируя через себя вековые русские православные традиции, тем самым придавая своим созидательным возможностям большие духовные и творческие силы.

Так, обратившись к последнему периоду непрерывного развития русской художественной культуры, мы увидим многогранную, сложную и даже противоречивую картину, состоящую из полярных мнений по своему духу проектов и воззрений.

Удивительным образом архитектура предреволюционного времени аккумулировала в себе интерес ко всем историческим направлениям, создавая непревзойдённые шедевры зодчества во всех исторически-сложившихся стилях (классика, барокко, русское узорочье, псковский стиль и т.д.).

Характерным примером может служить архитектурный конкурс, проведенный в 1912 году на проект церкви в Мургабском Государевом имении: где можно увидеть отсутствие единого направления в выборе определенной архитектурной школы. Здесь мы видим и псковский стиль, и византийский, и барокко, и московский стиль XVI века, и т.д. При этом комиссией судей были оценены все проекты, а при определении лучшего, в первую очередь, оценивался не выбор стиля, а функциональные и композиционные качества проектов. Это говорит о господствующем стилистическом разнообразии предреволюционной эпохи.

При тщательном изучении становится понятным, насколько остро стоял вопрос поиска образа современного храма уже тогда. Противоречия во взглядах уже сто лет назад были схожи с современными противоречиями – противостояние консерваторов и модернистов, западников и приверженцев национального развития, рационалистов и сторонников романтизма и т.д.

Все эти вопросы архитекторы, художники и критики ставили намного острее, чем сейчас.

Так в вопросах поиска национального стиля архитекторы не приходили к единому ответу. В статье «Современная Москва» в журнале «Зодчий» за 1904 год ситуация описывалась следующим образом: «К настоящему времени обособились в жизнь вообще, и в архитектуре, в частности, два направления: одно – западноевропейское и другое – архаически-национальное». Рерих, призывая к изучению национальных традиций, писал следующее: «А сколько может порассказать старина родного самым ближайшим нашим исканиям». В свою очередь критик Курбатов в статье «О русском стиле для современных построек» от 1910 года пишет: «Пока можно только надеяться, чтобы поскорее позабыли о псевдорусских постройках, так испортивших русские города».

Остро стоит вопрос о преемственности в архитектуре: один из основателей журнала «Мир искусств» Д.В. Философов писал в одноименном журнале: «Для нового стиля, обращенного к будущему, прошлого не должно существовать… Надо воплотить вечные законы в такие формулы, которые соответствовали бы современному миросозерцанию». На подобные выпады в адрес традиционной преемственности находились совершенно противоположные мнения: так А.Бенуа в своей речи в 1910 году произносит следующие слова: «Новое не может создаваться само собой, но для этого нужна колоссальная, как бы подземная культурная работа, века времени, талантливое вызревание, в котором воля отдельных личностей ни при чем. Такое вызревание происходит и в наши дни, но не в искусстве крайних модернистов…а во всем подлинном, исходящим из души, непосредственном творчестве, хотя бы всецело коренящемся в заветах старины, в ее величии».

Не менее обсуждаема была и проблема индивидуального в творчестве, тут можно привести цитату статьи от 1902 года журнала «Зодчий» под названием «Новый стиль и декадентство»: «Вернейший залог развития в искусстве лежит в свободе применения индивидуальных сил».

Своеобразным ответом на это философское направление мысли могут быть слова А.Бенуа, произнесенные на всероссийском съезде художников в 1911 году: «Индивидуализм есть, скорее, властный господин, если не прямой деспот современного творчества. Он-то и дробит его, он-то и лишает его общественного значения… Признаюсь, я просто устал от индивидуализма, от творчества вразброд, от художественного хаоса. Много нового накопилось, что не приведено еще в порядок, в систему. Для выработки системы нужны и большие задачи: гигантские стены, огромные площади, дворцы, храмы, театры, вокзалы… Это должно быть делом действительно учреждения такого всеохватывающего назначения, такой материальной силы, которая соответствовала бы этим колоссальным задачам… Что же, что этой красоте не будет доставать интимной прелести, что ей будет присущ известный академический холод».

Важно отметить, что к докладу Бенуа было подано заявление группы членов «Мира искусства», солидаризировавшихся с ним, за подписями: И.А. Фомина, Н. и Е.Е. Лансере, М.В. Добужинского, Н.Н. Врангеля, Г.К. Лукомского, В.А. Щуко, А.В. Щусева и других.

Как мы видим, и в практике, и в теории эпоха предстает максимально разнообразной. Необходимо отметить, что при такой острой дискуссии и противоречиях, при такой разнообразной стилистической палитре – архитектурная практика в храмостроительстве того времени давала цельную и органическую картину. Более того, достижением предреволюционной эпохи является не только лишь возрожденный поэтический Псковский стиль и архитектура Абрамцевского кружка. Появлялись проекты не менее новаторские и в эволюции других стилей. Также единовременно проектировались целые ансамбли: яркими примерами могут служить такие проекты, как: казармы железнодорожного полка в Царском Селе В.Н. Максимова или комплекс домов причта Федоровского собора в том же Царском Селе С.С. Кричинского, конкурсный проект зданий военно-исторического музея в Санкт-Петербурге В.А. Покровского и многие другие.

Историк архитектуры и градостроительства А. Бунин в книге «История градостроительного искусства» писал о том, что переход проектирования в масштаб ансамбля свидетельствует о расцвете эпохи искусства архитектуры.

Возможно, так и есть – предреволюционная эпоха могла стать началом не случившегося чего-то кардинально нового — рывка искусства национальной русской архитектуры и градостроительства.

Изучив и поняв эту эпоху, причины и принципы, по которым все то художественное многоголосие объединялось в единую и органичную архитектуру, стремящуюся и к новизне, и в то же время к сохранности традиции в рамках православия, возможно, современные архитекторы смогут лучше ответить на запрос времени – по поиску современного образа храма.

 
© 2012 Фонд «Поддержки строительства храмов города Москвы»
Разработка сайтов: Alekcandrina.ru